ЖаннаПиск домофона прозвучал словно выстрел на пустой улице ночью: столь же резко, неожиданно и пугающе.
- Одевайся! Быстро, - только и успела выпалить я, перекатываясь на другую сторону кровати.
Сев на край постели, я начала натягивать на себя джинсы, которые, как назло, были настолько узкими, что даже ступню было проблематично просунуть с первого раза. Наконец застегнув джинсы на болты, я обернулась назад и даже присвистнула от удивления: моей сегодняшней любви стоило бы работать в пожарной части. Диана была уже при параде, даже волосы успела убрать в пучок, который был, разумеется, не столь аккуратен, как до того, как она пришла ко мне домой, но по крайней мере, отвечал тенденциям последней моды, был естественен и небрежен.
Я накинула на свое почти голое тело кружевной пеньюар, валяющийся у входа в комнату, и побежала по коридору, чтобы успеть вставить ключи в замок входной двери. Ведь как известно, если ключи вставлены с одной стороны, то едва ли можно открыть дверь с другой. Тем самым я выигрывала нам обеим время привести себя в прилежный вид.
- Что, опять твоя модель заявилась? - скорее утвердительно, чем с вопросительной интонацией произнесла Диана, на ходу заталкивая нижнее белье в сумку. Умница - девочка, не стала тратить время на одевание несущественных вещей. То ли у неё опыт большой, то ли она просто от природы отличается умом и сообразительностью.
- Ага, - кивнула я, поглядывая в глазок. - Точнее, сейчас заявится.
Поняв, что срочная эвакуация отменяется, Диана вздохнула, опустилась на корточки и стала спокойно застегивать ремешки на туфлях.
- Зачем ты живешь с ней вообще? - спросила она, бросив на меня лукавый взгляд из-под челки.
- Детка, - я отвернулась от глазка, так как Шанталь все ещё не было видно, - а тебе в твою чудесную светлую головку не приходило, что я её действительно люблю?
Диана недоверчиво хмыкнула.
- Несомненно. Но эту квартиру ты любишь больше.
читать дальшеЯ цокнула языком и посмотрела на неё взглядом, полным крайнего неудовольствия, но сказать ничего не успела, так как в дверь, которую я так и не удосужилась открыть, как раз постучали. Я сначала удивилась этому явлению, а потом вспомнила, что сама же сегодня повесила на двери записку о нерабочем состоянии звонка.
- Так, - буркнула я, первый раз проворачивая ключ, - Историю помнишь? Ты переписчик. Всю информацию уже получила, поэтому радостно улыбаешься и стремительно сваливаешь отсюда. Ясно?
- Но ведь перепись населения, - начала было Диана, но я её перебила.
Ещё два оборота.
- Ещё не началась, знаю. Но Шанталь неоткуда об этом знать.
Последний оборот.
- Жани, ma choute, я дома!
Я не успела опомнится, как у меня на шее уже висело невесомое тело Шанталь.
- Господи, как же я скучала по тебе, - щебетала она прямо мне в ухо.
- Кхм, - закашлялась Диана, смущенно мявшаяся около двери.
Шанталь резко отпрянула от меня. Я облегченно вздохнула, подумав, что Диана сделала это очень вовремя. Теперь у меня хоть есть возможность продохнуть и взять ситуацию под контроль.
- Кто это, Жани? - наконец спросила ошарашенная Шанталь.
- Это из переписи населения. Простите нас, девушка, мы с подругой очень давно не виделись, - я натянула на лицо фальшивую официозную улыбку.
- Ой, Жани, а ты спросила у неё паспорт? - вклинилась Шанталь, когда Диана только успела открыть рот, чтобы распрощаться. - Я слышала, у них обязательно надо спрашивать удостоверение личности и документы, а ещё…
Все так же мило улыбаясь, я начала подталкивать Диану к двери:
- У вас все?
Диана поняла намек, тоже улыбнулась и, произнеся: «Да-да, конечно, спасибо огромное», - скрылась в темноте подъезда.
- … и вообще, как-то подозрительно, что она пришла так поздно, - закрывая дверь, я снова начала вслушиваться и вникать в монолог Шанталь, который она как раз закончила.
- Да, - я чуть не прикусила язык, подумав, какую глупость совершила и как чуть не выдала себя с головой, - мне тоже это показалось странным. Но у неё все же было удостоверение, к тому же сейчас всего десять.
- Прости, что я так поздно, почти в ночь. Я боялась, что разбужу тебя, - Шанталь снова обняла меня, но теперь уже со спокойной лаской. Без лишней экзальтированности, так сказать.
Я обвила руками её талию и притянула к себе покрепче. Какая же она тоненькая и хрупкая, моя Шанталь.
- Похоже, что та девушка из переписи подняла тебя прямо с постели, судя по твоей прическе. Просто я в Петербурге совсем ненадолго, завтра вечером улетаю в Милан, - продолжала она шепотом, гладя меня по спине. - И я решила, что это было бы глупо сейчас ехать домой. Это было бы совершеннейшим безрассудством с моей стороны - так терять время.
- Ты, наверное, хочешь есть? - так же тихо поинтересовалась я, пытаясь не разрушить неосторожно громким словом эту неустойчивую, едва установившуюся атмосферу семейного уюта.
Шанталь беззвучно рассмеялась, уткнувшись мне носом в ключицу.
- Ну, какая еда? Ты время-то видела?
- Меня достал твой чертовый модельный бизнес, - пробурчала я недовольно. - Из-за него мне кажется, что в Нью-Йорке тебя спалит солнце, в Майами - сдует ветром, а в Берлине - смоет дождем.
- Как в той немецкой рекламе лака? - снова засмеялась Шанталь.
- Угу, именно в ней. Тебе нужно кушать, сокровище мое, а то больно смотреть на тебя.
- Хватит говорить о моем питании! - чересчур задорно откликнулась Шанталь. - У меня есть для тебя подарки!
Подхватив два пакета, непритязательно стоявшие у стеночки, будто жертвы в ожидании расстрела, Шанталь бодрым шагом направилась в кухню. Я с обреченным видом поплелась за ней.
- Ты не поверишь, что я тебе привезла, Жани, - щебетала Шанталь, выкладывая величайшие достижения французской кухни на ровненько так усеянный сигаретный пеплом пополам с пылью кухонный стол.
А я снова отключилась, вообще перестав слушать то, что она говорит. Визуального восприятия Шанталь мне вполне себе хватало для полного счастья.
Честно говоря, себя я считала очень худой. И это несмотря на то, что за весом не следила никак и никогда, почти постоянно употребляя во время просмотра кино ночью в постели продукты, которые Шанталь не стала бы есть даже под угрозой пули в висок. И даже рано утром за час до активной тренировки.
Но когда я смотрела на Шанталь, я начинала ощущать себя нормальным человеком, знаете. Таким полноценным. Моя судьба была выше меня на голову, и весила килограмм сорок. Впрочем, Шанталь все равно оставалась недовольной своей внешностью и постоянно боролась с какими-то, видимо, в бреду привидевшимися ей щеками и полными бедрами.
- А знаешь, что это? - снова вклинился в сознание высокий голос Шанталь. - Это крепы. Правда, просто чудесно? Сейчас они замороженные, но завтра утром можно будет приготовить из них блины Сюзетт, если у тебя, конечно, найдутся апельсиновый ликер и цедра.
- Ты подстриглась, - неожиданно для самой себя, отметила я. - Тебе очень идет каре.
- Ага, - кивнула она, продолжая нагружать стол какими-то странными вещами. - С ним очень удобно, кстати. А ещё я покрасилась. Если помнишь, в прошлый раз, когда я приезжала, у меня прядки рыжие были. А сейчас в моде натуральный цвет волос, каштановые оттенки вообще на пике. Кстати, вот это два платья, мне с фотосессии забрать разрешили. Примеряла, соответственно, на себя, но думаю, ты влезешь. На тебе они даже, наверное, лучше сядут, ты в бедрах пошире.
- А это что? - тут я не смогла сдержать любопытства и с видом шкодливого щенка, отогнула край пакета.
- А это, - Шанталь легонько ударила меня по кисти пальцами. - То, что мы будем распивать сегодня ночью. Розовое шампанское. Вдова Клико.
- О Боже мой, - в восхищении прошептала я, бережно принимая в руки бутылку, - это же четыре тысячи за бутылку. Ты с ума сошла.
- Ты же знаешь, что деньги не имеют для меня никакого значения, - грустно улыбнулась Шанталь, присаживаясь ко мне на колени.
Я притянула её очаровательное лицо сердечком за подбородок к своему и поцеловала со всей нежностью, на которую была способна.
Нежданно-негаданно где-то в недрах квартиры зазвонил телефон. Я вздрогнула.
Я знала, что это было смс-сообщение. И даже знала, от кого.
Спасибо мирозданию за то, что в современных телефонах на каждого абонента можно поставить идентификационный звонок.
- Знаю, - ответила я, отстранившись. - И это только потому, что ты все ещё спишь с этим толстозадым французским ублюдком.
Я не могла не почувствовать, как резко похолодели руки Шанталь, обвивающие мою шею.